Муниципальный округ ГОЛЬЯНОВО

Версия для слабовидящих

Вторник, 24 октября | 10:35

У Москвы богатая и славная история. Но даже солидная летопись не будет полной без убористых страничек, повествующих о прошлом и настоящем различных уголков большого и шумного города, который щедро вобрал в себя окрестные поселки и деревушки, сделав своей неотъемлемой частью. 
Итак, первые рукописные сведения о селе с названием Гольяново появились в 60-е годы XVII века. Оно считалось приселком дворцового села Покровского, вотчиной «тишайшего» царя Алексея Михайловича. Лежало поселение на холмах в верхнем течении реки Сосенки на старинной Хомутовской дороге, которая вела из Москвы к великокняжеским бортям на реке Клязьме, упираясь в деревушку Хомутовку, давшую свое имя тракту. А вокруг, сколько глаз хватало, простиралась величественная среднерусская равнина. Три века назад Хомутовский тракт потерял прежнее значение. Главной стала Стромынская дорога, проходившая южнее Гольянова. Хомутовка же сегодня – это Щелковское шоссе. 
Давнюю историю этих мест подтвердил найденный вблизи станции метро «Щелковская» клад серебряных монет, зарытых около 1607 года. 
Название Гольяново происходит от слова «гальян», что, согласно Толковому словарю В.И. Даля, обозначает небольшую рыбку – вьюна, в изобилии водившуюся в местных водоемах. А их, кроме Сосенки и ее притоков, было еще два. Один пробегал по местности, где нынче стоят дома 19 (корп. 1) и 20 по улице Хабаровской. 

В старину даже словечко такое в обиходе было – «гальянить», то есть ловить мелкую рыбешку. По всей видимости, в здешних местах популярен был этот промысел. Во всяком случае, у историков даже термин сложился: лингвистическая «археология», то есть на основании исследования топинимов, исторических суффиксов и иных морфем снимать один культурный пласт за другим и приоткрывать покров с веков... 
Но этот исторический источник дает простор разнообразным гипотезам. А вот и солидный труд – «Экономические примечания» за 1800 год. Читаем и узнаем, что в верхнем течении Сосенки водились преимущественно пескари и гольцы. Позвольте, а гальян-то где? Дело в том, что в XVII веке эту живность с плавниками просто не принимали всерьез, считали пустяковой, сорной рыбой. Вестимо, ведь к государеву столу подавали осетров, стерлядей, лососей, щуку, лещей да судаков. Да что там царь – даже народ попроще знавал вкус если и не осетров да стерлядей, то уж щук и судаков - определенно. Этому и свидетельства есть: Емеля с волшебной щукой, исполнявшей его сумасбродные желания, да добрый молодец, который «вдоль по Питерской – по Тверской-Ямской» «судака тащит кума-душечке». 
Можно еще предположить, что «Гальяном» звали одного из первопоселенцев здешних мест. Русское средневековье знает много подобных прозвищ, ставших потом именами собственными – фамилиями, названиями местностей: Волк, Заяц, Топтыгин... 
Территорию района условно можно поделить на три исторические зоны, в границах которых в XVII веке по течению реки Сосенки возникли деревни Калошино, Черницыно, Гольяново. Восточнее на планах второй половины XVIII века обозначен впадавший в Сосенку Вешний исток, а северо-восточнее – Безымянный ручей.


На берегах небольших речек и прудов были илистые почвы. На заливных лугах колосились сочные дружные травы. Вокруг приселка рос березовый и осиновый лес. Там водились волки, лисы и зайцы. В наши дни речка Сосенка течет под землей, по трубам. 
Сведений о ранней истории Гольянова немного. В переписной книге 1646 года подробно описываются владения государева села Покровского, которое располагалось в пределах современной Бакунинской улицы. Простирались они на север, за Стромынскую дорогу, облюбовав исток и верхнее течение Сосенки. Но имени Гольянова мы не найдем в перечне селений. 
Оно упоминается приселком (то есть окраинной частью) Покровского лишь с 1662 года в документах патриарших приказов. Административное внимание привлекла построенная здесь деревянная церковь и ее владения. Священники не только получали «хлебную ругу», то есть содержание, из села Покровского, но, кроме того, за храмом числились две десятины пахотной земли да покосов. На эти доходы и существовал приход. Известно, что в XVIII и XIX веках церковь владела земельными угодьями и пустошью Троицкой на левом берегу Безымянного ручья. 

Церковь в Гольянове была освящена во имя Соловецких чудотворцев Зосимы и Савватия. Это единственный храм в Москве, избравший своими небесными покровителями соловецких монахов-мучеников. 
В 60-е годы XVII века приход состоял из 58 дворов. Сюда входили не только жители Гольянова, но и крестьяне окрестных деревень – Черницына, Абрамцева, Кобылина и Орефцева. Эти названия упомянуты в писцовой книге 1646 года. Их несложно отыскать на картах более позднего времени, столетие спустя. Исключение составляет деревня Сырково, опустевшая к XVIII столетию. 
До нас дошли сведения 1685 года, повествующие о деревянной церкви Зосимы и Савватия. Расходная книга приказа Большого дворца сообщает, что плотник Васька Васильев взялся перекрыть верх церкви тесом за десять рублей. Храм стоял на самом высоком месте приселка, к югу от речки Сосенки. В 1777 году туда передали утварь упраздненной и разобранной Спасской церкви Красносельского дворца. 
По дозорным книгам Патриаршего казенного приказа 1680 года сельцо Гольяново считалось приселком села Покровского, уезда Васильцова стана, Радонежской десятины. Гольяновым первоначально ведал приказ Большого дворца, а затем императорская вотчинная контора. В 1800 году здесь насчитывалось 24 двора, в которых проживали семьи - всего 251 человек. Крестьяне несли оброк, занимались хлебопашеством – здесь были плодородные, хорошо орошаемые почвы. Правда, некоторые совершенствовались в ремесле - ткали шелковые и бумажные материи, «но не на свои капиталы», которых не хватало, чтобы развернуть производство. Одалживались у купцов, как сообщали сохранившиеся документы. Дошла до нас и информация о нелегальном промысле: мужики браконьерствовали в окрестных рощах, вырубали лес. Скорее всего, не только для себя, но и на продажу. Тем не менее, владения не считались доходными, поэтому с начала XIX века и были проданы в частные руки. 
Пашня и сенные покосы считались здесь «средственными». Главное же богатство – это близкий лес в 1209 десятин, часть роскошного Лосиного острова. 

В 1805 году приселок достался князю Сергееву. Спустя шесть лет владелец сменился. Им стал надворный советник князь Иван Николаевич Трубецкой, простиравший свою власть также и на окрестные селения – деревни Абрамцево, Лукино, Суково и на бывший дворцовый приселок Никольское. Главным владением И.Н. Трубецкого в Московской округе было село Говорово, где находилась главная усадьба. Ее сожгли французы в 1812 году. Князь, оскудев средствами, попросил материальную помощь у предводителя дворянства на восстановление имения. 
Гольяново избежало столь печальной участи. Поэтому туда и перенесли княжескую усадьбу, построив деревянный барский дом. Приселок стал селом и одновременно центром всех владений И.Н. Трубецкого в Московском уезде. 
В 1813 году князь описал ущерб, понесенный им в ходе Отечественной войны. Благодаря этому до нас дошли не только интересные сведения о Гольянове, но и о его владельце. Князь Иван Николаевич Трубецкой, надворный советник и кавалер, владел в Москве двумя каменными особняками. Это была солидная недвижимость, оцененная в двести тысяч рублей. Поэтому когда пожар 1812 года испепелил пол-Москвы, благосостоянию князя был нанесен ощутимый урон. Впрочем, он владел именьями в нескольких губерниях России. В одном лишь Московском уезде ему принадлежали пять деревень. Гольяново пострадало, пожалуй, меньше других. Здесь остановилось на постой Владимирское ополчение, а затем приютились крестьяне-погорельцы из соседнего Щитникова. 
Жили в тесноте и антисанитарии. Инфекция распространялась стремительно. Мор косил население. Крестьянские семьи были разорены опустошительной войной и перестали заниматься ткачеством. Хотя мужики «не всего своего достояния... лишены, а только части оного», «осталось у самого малого числа, у целых семейств по одной лошади и по одной рогатой скотине, а у большей части и сего малейшего количества нет». В этих скупых и угловатых фразах – трагедия простого сословия, вынесшего на своих плечах тяготы войны и не имеющего права не только на помощь, но даже на жалобы... 
Помещик же сетовал, что не получил с крестьян и трети оброка, так что на яровой хлеб не осталось семян. «Средств других не имею, кроме продажи некоторой части моего имения, а по всем вышеобъясненным обстоятельствам, нужно ли мне каковое-либо пособие, предоставляю благорассмотрению начальства». 
И начальство вошло в положение. В Гольянове появилась новая усадьба. Село стало центром небольшой округи и пустилось в рост. В 1811 году за приселком числилось 22 крестьянских двора, а спустя пять лет здесь уже 17 домов дворовых людей, занятых обслуживанием усадьбы, и 30 крестьянских домов, в которых проживало 180 мужчин и женщин. 
Помещик выстроил на юге села в стиле позднего классицизма новый каменный храм во имя соловецких святых Зосимы и Савватия. Его освятили в 1842 году. Деревянная церковь ранней постройки находилась севернее, на берегу речки Сосенки. Архитектурное решение нового храма довольно лаконично: на основной объем кубической формы поставлен крупный цилиндрический барабан, увенчанный сферическим куполом с небольшой главкой. Северный и южный входы украшены портиками с колоннами дорического ордера, упрощенных и монументальных очертаний. Храм имеет два придела: северный – Адриана и Натальи и южный – Богоматери «Живоносный источник». 
Местное предание объясняет название южного придела близостью целебного ручья (церковь находится по адресу: ул. Байкальская, 35). В прошлом веке церковь смотрелась более ажурной благодаря парапетам и ампирным украшениям над окнами и дверьми, ныне утраченным. В 1890 году колокольню надстроили третьим ярусом по проекту почетного гражданина Василия Баранова. Она украсилась красивым луковичным куполом и киотами. В убранстве использовались не только классические приемы, архитектор обращался и к национальным русским мотивам. 
К середине XIX века хозяйкой этих земель становится жена князя Трубецкого – Наталья Сергеевна. Ей наследует сын Петр. Из переписи 1869 года мы знаем, что в Гольяново работала земская школа, ее попечителем был зажиточный крестьянин Н.Г. Тюняев, державший небольшую фабрику по производству тканевых одеял. Однако процент грамотных крестьян здесь был невысок, ниже среднего показателя по Московскому уезду. Только к концу столетия грамотных стало больше: каждый третий умел читать, считать и писать. 
В 80-е годы XIX века близ Гольянова располагались мелкие ткацкие заведения Лобачева, Кузьмичева, Бутылочкина, Колкунова. Выглядели они достаточно скромно: в просторной избе устанавливалось несколько ткацких станов. Этого было достаточно, чтобы запустить мелкокустарное производство. 
По наблюдению современника, «в Абрамцеве ткацкие избы крыты исключительно соломой, в Гольянове – железом, а в Черницыне – железом либо тесом». Как правило, на небольшой фабричке в Гольянове работало до 15 человек. Это были семейные предприятия зажиточных крестьян, где каждый выполнял посильную работу. Если была потребность в дополнительной силе – брали поденщиков, в первую очередь - из местных жителей, потом уже приглашались пришлые. Кустари изготавливали, как правило, одеяла – товар ходовой. 
Неподалеку располагался кирпичный завод купца Венедикта Веденеева и свечной завод Московского Епархиального ведомства, основанный в 1884 году. Это одно из наиболее прибыльных предприятий в пределах всего Московского промышленного района. Здесь работали всего 62 человека. Господствовал ручной труд. Тем не менее, производительность завода была достаточно высока. За год выпускали свечей на 793 тыс. руб. По выходу конечного продукта гольяновский свечной заводик превосходил такие машиностроительные гиганты Москвы, как завод Донгауэра и Кайзера (объем валового производства - 650 тыс. руб. в год) или завод Бромлея (750 тыс. руб. в год). Безусловно, продажа церковных свечей была прибыльным делом. Казна Московской епархии обогащалась. Вспоминается яркий персонаж И.Ильфа и Е. Петрова из «Двенадцати стульев» - отец Федор, который стремился добраться до бриллиантов тещи Кисы Воробьянинова, дабы построить заветный свечной заводик. 
Петр Иванович Трубецкой был известной фигурой в России второй половины XIX века. Он дослужился до звания сенатора и получил чин генерал-лейтенанта русской армии. Был женат на Эмилии Петровне Витгенштейн, дочери известного генерал-фельдмаршала князя П.Х. Витгенштейна, участника войны с Наполеоном. В 1862 году Эмилия Петровна покупает Гольяново у мужа «с господскими строениями и заведениями», землею и всеми крестьянами. 
В середине 19 столетия в Гольянове уже 16 домов дворовых людей и 35 – крестьянских. Если прежде село располагалось по двум берегам Сосенки, то к этому времени потеснилось на левый ее берег, поближе к южной дороге, ведущей в сторону Юрьевского (Стромынского) тракта. На карте 60-х годов XIX века можно рассмотреть, что в северной части села, там, где в XVIII веке стояла деревянная церковь, появилось кладбище с часовней. 
Во второй половине XIX века темпы роста Гольянова снизились, особенно по сравнению с соседним Черкизовым. По статистике, к 1869 году здесь насчитывалось 37 дворов с 277 жителями. Все постройки были деревянными. Крестьяне выращивали преимущественно картофель, овес, в меньшей степени - рожь. 
После отмены крепостного права пахотная земля была разделена на 120 долей. Помещичья усадьба значилась за Товариществом Балашинской мануфактуры. Крупные наделы земли оказались в руках купцов. В 1872 году душеприказчик князя П.И. Трубецкого продает огромный надел в 2353 десятины при селах Гольяново, Никольское и окружавших их деревнях купцу А.Н. Прибылову. 
Перешагиваем рубеж XX столетия. В 1926 году в Гольянове было 79 крестьянских и 47 прочих хозяйств, а население составляло 492 человека. Работали сельсовет, школа I ступени, детский дом, меховая и ткацкая мастерские. В период коллективизации возник свиноводческий совхоз имени 10-летия Октября. 
Началась эпоха тотального атеизма. В начале тридцатых годов прекратились службы в сельской церкви. Ее превратили в макаронную фабрику. Только спустя долгие годы безверия, в апреле 1990 года, под сводами оскверненного храма вновь вознеслась ввысь молитва. 

В состав Москвы Гольяново вошло в 1960 году. Тогда проложенная восточнее села кольцевая автомагистраль – МКАД определила новую границу столицы. 
Через вчерашнее село протянулись новые улицы - Байкальская, Алтайская, Уральская, Хабаровская... Словно грибы после дождя, здесь появлялись все новые и новые жилые дома. Сейчас Гольяново - один из крупнейших столичных микро­районов. Здесь проживает более 156 тысяч человек. По российским масштабам, это население приличного районного города. (К слову сказать, в Великом Новгороде – 210 тысяч жителей). Ну а по масштабам европейским, это довольно-таки солидный город! Ведь все население той же Норвегии – всего три миллиона! 
Сегодня наш район продолжает активно жить, развиваться. Он устремлен в будущее.

 

 

 

 

Информация взята с сайта Управы ВАО